Чак Норрис: вспоминая Дракона…

Когда Брюс Ли встретил Джона Бенна, «крестного отца мафии» в «Пути Дракона», он сказал ему: «Джон, я не сделаю тебя богатым с помощью фильма, но я обязательно сделаю тебя знаменитым…». И, действительно, никто из участников фильма от него не разбогател, однако, благодаря заработанной известности и полученному признанию, многие потом годами жили на гонорары. По крайней мере, подавляющее большинство тех кому посчастливилось встретиться с Брюсом Ли.
И, пожалуй, Чак Норрис не стал из них исключением…
«Выход дракона», несомненно, является квинтэссенцией классического фильма о боевых искусствах, тем не менее, лучший бой такого рода в истории Седьмого Искусства – это бой Брюса Ли против Чака Норриса в Римском Колизее в «Пути дракона» (названный «Возвращение дракона» в США). Неудивительно, что в то время он был назван «битвой века» и, действительно, он таковым был и остается, потому что до сих пор он не был превзойдён ни в одном другом фильме о боевых искусствах, хотя был показан более 40 лет назад…


После смерти Брюса Ли, трон «Короля боевых искусств» освободился. Казалось, что не существует восточного актера с достаточным талантом, чтобы занять его место, тогда Голливуд стал искать альтернативу. По логике вещей, единственным западным гражданином обладавшим славой и достаточным знанием единоборств, чтобы занять эту должность, в то время был Чак Норрис. Он был первым из западных актеров так называемого кино боевых искусств, который открыл путь в Голливуд, за которым спустя годы последовали другие актеры, такие как Стивен Сигал, Жан Клод Ван Дамм, Джефф Спикман, Уэсли Снайпс и т.д.

Предвидя упадок кинематографа о боевых искусствах, Чак Норрис добился большого успеха сначала в Америке, а затем и во всем мире благодаря телевизионному сериалу «Уокер, техасский рейнджер», состоящему из трех пилотных глав по 90 минут каждая, и 200 серий по 45 минут. В этом сериале появились великие кинозвезды и ряд мастеров боевых искусств.

Несомненно, Брюс Ли был тем, кто предоставил Чаку Норрису шанс войти в мир кино, которым он и воспользовался, где благодаря мудрым решениям и удаче, в скором времени стал самым уважаемым актером фильмов о боевых искусствах, по крайней мере, в Соединенных Штатах. Но как зародилась дружба между Брюсом Ли и Чаком Норрисом?

«Я встретил Брюса Ли в 1968 году в Нью-Йорке, во время турнира All American Grand Championship, который проводился в Мэдисон Сквер-Гарден. Я был участником, а он был знаменитостью. Когда я выиграл, спонсор познакомил меня с Брюсом Ли. Хотя я знал, кем он был, и он также видел меня на турнирах, у нас не было возможности встретиться лично. Я видел его во время его грандиозной демонстрации на Международном чемпионате в Лонг-Бич в 1964 году, и я знал его как актера телесериала «Зеленый шершень». Брюс поздравил меня и признал, как сложно мне было обыграть Джо Льюиса в финале.

Мы разговорились и выяснили, что остановились в одном отеле. Я дрался с 10:00, а было уже 23:00… Я очень устал, но хотел узнать его поближе. Итак, мы начали разговаривать о философии и технике, а затем мы взяли такси, чтобы вместе вернуться в отель. Мы действительно увлеклись! Поднявшись на лифте, мы остановились на 7-м этаже, где была его комната, моя же была на 9-м этаже, но мы продолжали разговаривать, поэтому я вышел с ним из лифта, и мы продолжили нашу беседу в коридоре. Было почти 24.00 и следующее, что я помню, это то, что я снял куртку, и мы начали тренироваться…

Клянусь вам, когда я снова посмотрел на свои часы, было уже 07:00 утра! Брюс был таким динамичным, что мне показалось, что прошло всего двадцать минут. Удивительно, что никто не позвонил в службу безопасности отеля и не пожаловался на двух сумасшедших, которые странно двигались в коридоре. Я не мог поверить, что у меня самолет
обратно в Лос-Анджелес через два часа. «Неважно, – сказал Брюс, – когда мы вернемся, мы снова будем тренироваться вместе».

Вскоре после этого он пригласил меня тренироваться с ним во дворе своего дома в Калвер-Сити, Калифорния. Во дворе Брюса были всевозможные тренажеры, в том числе деревянный манекен который он изготовил сам, шест, обернутый соломой для отработки ударов, нагрудники и боксерские перчатки. Мы тренировались два раза в неделю по три-четыре часа за сеанс. Мы занимались этим два года.

Брюс научил меня некоторым своим приемам кунг-фу, и я показал ему несколько ударов тхэквондо. Примечательный анекдот. Когда мы с Брюсом начали тренироваться вместе, он никогда не давил на высший уровень, его концепции были основаны на ударах ногой ниже бедра, поэтому я рекомендовал ему придать своим ударам больше высоты. Я был тем, кто научил его бить высоко. Брюс считал, что удар ногой по голове – это же самое, что и удар по ногам, что достаточно логично, и его работа ног в Джит Кун До была основана именно на этой концепции.

Но, тем не менее, я сказал ему, что у него должно быть достаточно навыков, чтобы использовать ноги при атаке по любому уровню, и поэтому я научил его ударам ногами, вращению и т. д., и, конечно же, он научился очень быстро! У него был особый талант учиться и усваивать новое. Менее чем за шесть месяцев он мог исполнять эти удары так же хорошо, как и я, и добавил их в свой репертуар с потрясающей эффективностью. Я считаю, что огромное разнообразие тренажеров, которые он имел в своем домашнем тренажерном зале, тоже внесли в это свой существенный вклад.

В области единоборств Брюс был на много лет впереди всех остальных. Помимо этого он был чрезвычайно опытным и проницательным в боевых искусствах и был одним из самых сильных мужчин, которых я когда-либо встречал».

Чак Норрис до сих пор хранит самые теплые воспоминания о тех годах тренировок…

«Брюс Ли, безусловно, был пионером в области полного контакта, первым использовал перчатки и средства защиты, когда в Америке было известно только бесконтактное карате, но … – улыбается Чак Норрис, добавляя, – он никогда не дрался! Я тренировался с ним два года, и он никогда не дрался со мной. Когда я сказал: «Брюс, давай устроим спарринг», он ответил мне: «Нет, давай тренироваться! Больше техники, техники…», так что у меня никогда не было возможности продемонстрировать свои навыки с ним. Только отработка! Бах! (Норрис выполняет два быстрых удара кулаком и возвращается на позицию) и все”.

Читатели могут спросить: «Почему они никогда не дрались? Что же они делали на этих тренировках?» В то время, кроме макивары, в боевых искусствах использовалось несколько тренажеров. Брюс Ли был пионером и новатором в адаптации другого спортивного тренировочного оборудования, он даже изобрел и сконструировал свои собственные устройства, чтобы оптимизировать свои тренировки. Чак Норрис, как и другие специалисты по боевым искусствам, согласился с тем, что с помощью этих устройств можно получить отличные результаты за короткий период времени.

«У Брюса Ли были в его доме просто фантастические инструменты для тренировок, и это было все, что мы делали, просто тренировались: удары руками; ногами и все такое. Мы никогда не дрались, я был профессиональным бойцом, а он нет, но он был хорош, очень хорош… Возможно, в реальном бою я бы его и победил, но Брюс Ли не хотел до этого дойти, и … я тоже».

Достаточно интересно знать (и вопреки тому, что некоторые могут подумать), было то, что первый раз когда Брюс Ли позвал Чака Норриса для участия в кино, это был не фильм «Путь дракона». Конечно, его кинодебют был связан с Брюсом Ли, но он состоялся в фильме «Команда разрушителей» с Дином Мартином, Эльке Соммер и Шэрон Тейт в главных ролях, в котором Дракон был хореографом боевых сцен. Съемки проходили в июле 1968 года. При этом, дебют Чака Норриса в мире кино был не столь уж и обнадеживающим…

«Незадолго до международного чемпионата, мне позвонил Брюс Ли и сказал, что получил контракт в качестве координатора трюков в фильме «Команда разрушителей» с Дином Мартином и Эльке Соммер в главных ролях. «Это небольшая роль, и я думаю, Вы бы очень хорошо справились, – сказал Брюс, – вы сыграете телохранителя Эльки, сразитесь с Дином Мартином и скажете фразу в диалоге. Вам интересно?» Я подумал, что стоит попробовать. Он назвал мне дату, когда я должен быть в съемочной студии, и это было всего через день после международного чемпионата».

Чак Норрис не хотел, чтобы его били по лицу, чтобы не появиться на съемках с синяками, поэтому в финале, в раздевалке, он сказал Скипперу Маллинзу, каратисту, занимавшему третье место в национальном рейтинге: «Завтра у меня будет моя первая роль в кино. Бей меня по телу, но не трогай лицо». Он ответил: «Хорошо, но тогда ты останешься у меня в долгу». Очевидно, он не сдержал своего слова, и после того, как Норрис набрал серию очков, Скиппер нанес ему удар в глаз. Норрис всё же, выиграл турнир, но получил неприятный сувенир: «На следующий день я приступил к съемкам с синяком, на маскировку которого визажисту потребовался час. Я был очарован, когда вошел в студию для своего дебюта. Я никогда не был на съемочной площадке и не знал, что мне делать. Павильон представлял собой большой склад, а место, где мы работали, представляло собой гигантский куб с высокими потолками, огромными яркими огнями и проводами повсюду. Десятки людей метались с места на место, как муравьи, и я задавался вопросом, как можно было снять фильм в таком хаосе. Вскоре появился режиссер, и мы приступили к работе. Как и многие в то время, я ничего не знал о производстве фильмов, я думал, что режиссеры просто включали камеру, а актеры играли свои роли. Но я ошибался. Съемка каждой сцены занимала около двух часов. Свет нужно было переустановить, углы камеры нужно было постоянно менять, а актеров нужно было инструктировать и расставлять по местам.

Мой дебют в кино сократился до одного предложения. В фильме Дин Мартин зашел в ночной клуб, мне пришлось встать перед ним и сказать: «Можно, мистер Хельм?» И взять его пистолет. Сценарий должен был закончиться дракой между мной и Дином. За несколько недель до съемок я повторял эту фразу снова и снова, глядя в зеркало в ванной, пытаясь найти лучший тон своего голоса. Когда камеры начали снимать, Дин Мартин вошел вовремя. Когда я увидел, что он идет, я почувствовал, как мое горло и мое тело напряглись. Слова превратились в вздох: «Можно, мистер Хельм?».

Дин Мартин, казалось, не заметил моего хриплого голоса и послушно отдал мне пистолет. Я подумал: моя карьера окончена! Я даже не мог правильно сказать фразу! “

После стольких часов совместных тренировок было неизбежно, что между Чаком и Брюсом родилась большая дружба, в которой всегда присутствовало взаимное уважение, поэтому неудивительно, что они делились своими секретами и мечтами: «Его величайшим достижением, а также, возможно, его самой большой ошибкой был он сам: Брюс Ли жил и дышал боевыми искусствами. Он сделал из самых приземленных и обычных вещей жизни то, что было связано с обучением боевым искусствам. Я не уверен, что он знал, что такое отдых. Мы были хорошими друзьями, достаточно, чтобы он рассказал мне о своей настоящей мечте: «Чак, я хочу стать кинозвездой», – сказал он, – «Все, что я делаю, это ради этой цели». Брюс тренировал несколько знаменитостей, таких как Карим Абдул Джабарр, Джеймс Коберн, Ли Марвин и Стив Маккуин. Его ученики часто рекомендовали его для небольших ролей в фильмах, и Брюс работал каскадером в нескольких из них. Но он не был доволен таким положением. Он хотел, чтобы его имя появлялось с неоновыми огнями на шатрах кинотеатров, и с той мотивацией, которая была у Брюса он, несомненно, этого бы достиг».

Пробиться в Голливуд было непросто, особенно для парня с востока. В то время не было азиатского актера, который снимался бы в американской постановке. По совету друзей Брюс Ли подписал контракт с Golden Harvest на роль в двух фильмах, которые должны были проходить в ЮгоВосточной Азии.

«Брюс уехал в Гонконг, чтобы продолжить свою актерскую карьеру, и я не слышал о нём около двух лет. Однажды утром он позвонил из Гонконга и сказал: – Чак, я снял два фильма в Гонконге, они стали блокбастерами. Я только что закончил сценарий фильма, который снимем в Римском Колизее, – взволнованно сказал он. Два гладиатора сражаются насмерть! Мы сами подготовим хореографию. Я обещаю, что этот бой станет главной сценой фильма. Я хочу снять бой, который все запомнят.
– Отлично! – Сказал я – Кто победит?
Тогда Брюс, смеясь, сказал:
– Конечно я!!! Я же звезда!
– И ты собираешься обыграть действующего чемпиона мира по карате?
– Нет!!! – ответил Брюс, – я убью действующего чемпиона мира по карате!

Я засмеялся и согласился сниматься в фильме. Я согласился принять в нем участие, потому что знал, что если Брюс примет участие в этом, то это будет здорово! Я всегда уважал его образ действий и восхищался его стремлением к совершенству и реализму в боевых искусствах».

Три недели спустя Брюс Ли снова позвонил Чаку Норрису, сообщив ему о начале съёмок фильма и спросил, готов ли он поехать в Рим. В то время Чак Норрис узнал, что его роль была ролью профессионального бойца, мастера боевых искусств, нанятого, чтобы победить Брюса Ли.

«Я никогда раньше не бывал в Европе, поэтому попросил моего хорошего друга и партнера по академии карате Боба Уолла поехать со мной. Когда мы добрались до аэропорта Леонардо да Винчи в Риме, Брюс ждал, пока съемочная группа нас снимет – он хотел использовать наше прибытие как сцену в фильме. Поскольку Боб был со мной, Брюс решил, что он тоже должен участвовать. Прошло два года с тех пор, как я в последний раз видел Брюса, но он был как всегда дружествен.

Он не постеснялся проявить мужскую привязанность и крепко обнял нас, прежде чем отвести к машине.

Для сцены в Колизее он хотел показать грозного противника. Я весил 160 фунтов по сравнению с его 142 фунтами, и он хотел, чтобы я увеличил вес ещё на 20 или 22 фунта. К счастью, мой метаболизм был очень медленным, и я смог увеличить свой вес на 7- 8 фунтов менее чем за неделю, для этого уменьшив свои упражнения и пренебрегая диетой. Я сказал: «Отлично! Я могу отъесться за счет компании».

Боб и я провели две недели, гуляя по Риму как обычные туристы. Мы посетили такие храмы, как базилику Святого Петра в Ватикане, и такие памятники, как Фонтана де Треви или прекрасные сады Виллы Боргезе.

Я нашёл ресторан, в котором мог бы набить себя пастой и мороженым, лучшим, что я когда-либо пробовал! Почти каждую ночь мы ужинали в Taverna Flavia в Трастевере. Я сразу начала набирать вес и достиг цели в отведенное время».

Сцена из фильма «Путь дракона»

Съемки «Пути дракона» начались 10 мая 1972 года с первоначальным бюджетом в 350 000 долларов. Бригада приступала к работе в шесть утра и заканчивала в шесть или восемь вечера, в зависимости от дня.

В первые дни Брюс Ли сконцентрировался на съемках сцен на открытом воздухе, снимая их на некоторых из самых представительных улиц и площадей Рима, таких как Виа Венето, сады фонтана Тиволи, Пьяцца Навона и т. д. Что касается записи боя в Колизее с Чаком Норрисом, то поскольку разрешения на съемку в амфитеатре не было, то камеру и все необходимое съемочное оборудование поместили в дорожные сумки и, дав охранникам чаевые, чтобы они сделали вид будто ничего не заметили, начали работать…

«Брюс и я пошли в Колизей, чтобы рассмотреть детали сцены большого боя. Было странное чувство находиться с ним в одном из тех туннелей, ведущих к арене. Я вспомнил такие фильмы, как «Спартак», где Кирк Дуглас сражался на песке и испытал чувство уважения при мысли о настоящих боях насмерть, которые регулярно устраивались в Колизее для развлечения римского населения.

Колизей был большим и впечатляющим, чем я мог бы себе представить. Мы сели на одно из каменных сидений арены и обсудили сцену. Брюс делал заметки об углах камеры. Он спланировал сцену так, чтобы она выглядела как два гладиатора, сражающихся друг против друга. Поскольку мы сами занимались хореографией, он спросил меня: «Что ты хочешь делать?» Я сказал: «Ну, я сделаю то и это», и показал ему техники, которые, на мой взгляд, здесь были бы интересными. Он меня поддержал и подготовил защиту.

Мы вышли на арену и провели спарринги. Поскольку мы так хорошо знали друг друга, так как мы долгое время тренировались вместе, сцена получилась идеальной. В ней Брюс только нападаетна меня, и все. Атака, атака, атака… Он пытается меня утомить, все в замедленной съемке. Я помню, как он двигался вокруг меня этими красивыми плавными движениями, пытаясь утомить меня, и когда я пытался атаковать, он все время уклонялся и уклонялся.

В конце концов, пропустив все удары, я начинаю чувствовать усталость. Он наносит удары по всем моим уязвимым точкам и сбивает меня с ног. К этому моменту я уже полностью вымотан. Затем он швыряет меня к стене, и мы доходим до точки, где я кричу, и Брюс толкает меня к стене. В этот момент он ломает мне запястье, локоть и правое колено, я падаю на землю и пытаюсь встать. Таким образом, мы подходим к драматической сцене, где я пытаюсь встать и сражаться, затем Брюс смотрит на меня, как бы говоря: «Давай остановимся, я победил …»

Оператор поместил камеру, чтобы снимать панораму между лицом Брюса и моим лицом, с одной стороны на другую. Я пытался передать то, что каким-то образом я улыбался. Это была улыбка обречённого: я лучше умру, чем сдамся или проиграю… Это была такая улыбка! В этот момент я кричу и набрасываюсь на Брюса, почти летя, и он держит меня, хватая за шею. Все, что я могу сделать, это нанести ему серию ударов по почкам, и, в конце концов, он ломает мне шею. Затем он осторожно укладывает меня на пол и уходит, сожалея о том, что убил меня.

К счастью, Брюс не заставил меня злиться, и это была драка двух профессионалов. В конце боя, когда он убивает меня, он накрывает меня моей форменной курткой и надевает пояс поверх меня в очень церемониальной и уважительной манере».

Сцена поединка из фильма «Путь дракона»

Дуэль снимали три дня. Поединок должен был стать кульминацией фильма. По словам Линды Ли, великий бой с Чаком Норрисом занял 20 страниц письменного руководства и был спланирован так же тщательно, как исполнение профессионального балета. Брюс Ли разрабатывал хореографию у себя дома, часто пробуя движения вместе с ней. По словам его вдовы: «Вдруг он почувствовал вдохновение и сказал: «давай, давай попробуем!» Вся работа и гений Брюса Ли были запечатлены на экране. Об этом Чак Норрис вспоминает: «Это была трудная и сложная сцена, но мне понравилось сниматься в ней. Хотя Брюс был режиссером-новичком, он точно знал чего он хочет, и как именно должна вращаться камера. Как и предсказывал Брюс, наша сцена боя стала классикой. Вы можете спросить любого ученика боевых искусств о его любимом бое в фильме, и почти все ответят, что помнят сцену боя между Брюсом Ли и мной в «Пути Дракона». Удивительно, насколько хорошо все получилось, учитывая, что была только одна камера».

Но что отличает этот бой? Почему престижное американское издание включило драку в десятку лучших боевиков в истории кино?

«В настоящее время снимается много отличных драк. Бой между Брюсом и мной был более эмоциональным, мы наблюдали друг за другом, и дрались. Вот что сделало «Путь Дракона» настолько захватывающим. Брюс был очень умен, он всегда хотел запечатлеть чувство с помощью камеры, поэтому методы, которые он использовал, были такие же какие я теперь использую в своих фильмах, но эмоции, которые Брюс создавал с помощью камеры в окружающей среде… были чем-то особенным!

Как правило, драки – это просто драки, несколько ударов, движение и т. д. Но Брюс был действительно умен; он знал, как использовать камеру, чтобы создавать волнение и напряжение в боях, вызывающих беспрецедентную кульминацию.

В Риме были все виды логистических и погодных неудач, проблемы с разрешениями и другие неисчислимые трудности, которые нужно было преодолеть, поэтому сцена драки не была закончена…

«Брюс, Боб Уолл и я вылетели в Гонконг, чтобы снимать остальные наши сцены. В тот день, когда мы приехали, Брюс устроил для нас приглашение на знаменитое телешоу «Enjoy the Night» («Ночь знаменитостей»). Настоящим успехом в городе пользуется гонконгская версия американского шоу «Вечернее шоу с Джонни Карсоном».

По приглашению HK-TVB Брюс, Норрис и Боб Уолл посетили программу, чтобы выступить с показательным выступлением и дать интервью. Брюс Ли намеревался представить Норриса и Боба Уолла публике в Гонконге, поэтому, когда мы вышли в эфир, телеведущая Джози Лау, которая знала Брюса Ли, сказала: «Брюс, наша публика очень интересуется, чем вы занимались в последнее время?»

Брюс ответил: «Мы с Рэймондом Чоу недавно посетили Рим, чтобы снять сцены для нашего нового фильма. С нами в Гонконг приехал еще один мастер боевых искусств, он чемпион Америки по карате. Г-н Норрис приехал прямо из Соединенных Штатов в Рим, чтобы работать с нами. Также есть еще один американский знаток карате, мистер Боб Уолл. Оба они участвовали в нашем фильме «Путь дракона».

Затем Лау сказала: «Я слышала из газеты, что Норрис и Боб Уолл – ваши ученики, также известно, что, когда они начали тренироваться у вас, они уже были известными людьми, которые оставались чемпионами по карате на протяжении многих лет. Я думаю, ваш Джит Кун До должен быть очень мощным!»

Покачав головой, Брюс сказал: «Нет, не играй со мной в эту игру, я никогда не говорил, что они мои ученики, мы друзья и когда у нас есть время, мы собираемся вместе и обсуждаем боевые искусства».

После этого Брюс Ли объяснил, что такое Джит Кун До, и изложил разные взгляды на боевые искусства в целом и китайское кунг-фу в частности. Публика хотела увидеть Дракона в действии, но Брюс отказался от приглашения и сказал: «Гонконгская публика уже знает меня, сегодня мы представим этих двух мужчин, мастеров боевых искусств в «Пути Дракона» и в реальной жизни, Чак Норрис и Боб Уолл. Теперь они главные герои! Вы должны позволить им говорить сегодня».

Люди приветствовали это предложение. Норрис и Боб, улыбаясь, встали и спросили: «Что ты хочешь увидеть?» Сопровождающие мало что знали о боевых искусствах, и поэтому они тоже не знали, что им ответить. Тогда Брюс сказал: «Могу я предложить идею? По сути, мастера боевых искусств тренируют четыре вещи: точность, агрессивность, скорость и силу. Думаю, мы можем сыграть в игру, чтобы показать точность их ударов. Боб Уолл будет держать сигарету во рту, а Норрис ее выбьет».

Все были в восторге от этой идеи. Брюс добавил: «Как мы все знаем, наши ноги созданы для ходьбы, и если мы будем использовать их, чтобы дотянуться до объекта, который находится высоко, будет довольно сложно контролировать нашу ногу. Это так, потому что, когда вы поднимаете одну ногу, другая нога должна выдерживать вес вашего тела. Точно ударить ногой непросто, особенно если вам нужно быстро ударить небольшой предмет. Боб должен держать сигарету ртом, поэтому, если Норрис недостаточно точен, очевидно, что Боб может травмироваться».

Вскоре Бобу Уоллу дали сигарету, Норрис наблюдал за Бобом в течение нескольких секунд, а затем, в доли секунды, он повернулся, поднял правую ногу и ударил по сигарете … Сигарета взлетела в воздух …

Публика разразилась аплодисментами, но они не были удовлетворены, они хотели большего…

Об этом Чак Норрис вспоминает: «Меня попросили провести демонстрацию боевых искусств, и я начал с того, что выбил сигарету изо рта Боба, затем я сломал несколько деревянных досок, а затем мы с Бобом провели демонстрацию свободного спарринга. Я нанёс Бобу удар ногой из-за этого удара его в грудь он отлетел. Все были впечатлены, но Боб встал, как ни в чем не бывало. Когда мы закончили шоу, телеведущий хотел увидеть нагрудник, который использовал Боб. «Какой нагрудник?» – сказал Боб, открывая верхнюю часть своей одежды. След моей ступни был на его груди!»

Когда шоу закончилось, Лау спросила их: «Многие люди говорят, что вы оба ученики Брюса, но Брюс отрицает это, он говорит, что вы друзья, что правда?» Чак Норрис, как обычно, уважительно и рассудительно ответил: «Возможно, он думает, что наши техники каратэ недостаточно хороши, и мы еще не подготовлены, чтобы быть его учениками, однако мы восхищаемся его кунг-фу. Так что, даже если он не относится к нам как к своим ученикам, мы считаем его своим учителем». Такие заявления в эфире доставили много проблем американскому колоссу; многие мастера боевых искусств жаждали славы, а некоторые эксперты, такие как Лау Тай-Чуэн впоследствии бросили вызов Брюсу Ли через прессу, и они достигли своей цели. В случае с Лау, несмотря на то, что он не дрался с Брюсом Ли, он, тем не менее, получил большую известность и сумел получить роль в кино, хотя его карьера была эфемерной; он работал только в четырех фильмах.

Другой неизвестный боец, по примеру Лау, попытался сделать то же самое с Чаком Норрисом: «На следующий день в местной газете кто-то вызвал меня на поединок. Брюс был впечатлен статьей, и он прочитал ее мне. «Как ты думаешь, что мне делать? » – спросил я. «Ой, не обращай на него внимания», – сказал он, – «Они всегда бросают мне вызов. Все, что они хотят, – это огласка».

Однако Боб был очень расстроен:«Я не звезда в фильме, – сказал он, – что, если я приму?» «Давай, если ты этого хочешь», – ответил Брюс. Боб появился в телешоу следующей ночью и сказал аудитории: «Зритель бросил вызов моему инструктору, Чаку Норрису. Чак боец лучше меня. Вот почему я хочу сначала противостоять претенденту. Кто бы вы ни были, сначала сразитесь со мной и докажите, что вы достойный противник, чтобы после меня сразиться с ним. Наша борьба будет в этом телешоу, чтобы все в Гонконге видели, как я рву вас на куски». Претендент, кем бы он ни был, никогда не появлялся, и никто больше никогда не бросал мне вызов в Гонконге».

После завершения фильма Боб Уолл и Чак Норрис вернулись в Соединенные Штаты и возобновили свою работу инструкторами боевых искусств. Они забыли о фильме, думая, что он будет показан только в Азии, а Брюс Ли продолжит свою актерскую карьеру в соответствие с репутацией которую он приобрел на Востоке. Они оба думали, что Брюс полностью посвятит себя своей карьере, и пройдет много времени, прежде чем они смогут снова встретиться, но они ошибались…

«В середине июля 1973 года Брюс Ли приехал в Лос-Анджелес. Он пригласил меня на обед, я сказал Бобу Уоллу, и мы договорились встретиться в ресторане в китайском квартале. Я должен признать, что видел Брюса в довольно хорошей форме. Брюс выглядел очень оптимистично. Он сказал нам, что в Гонконге врачи не нашли причину обморока, который у него недавно был; это была настоящая причина его визита в город. Он приехал, чтобы пройти обследование в одной из лучших больниц Лос-Анджелеса. Он был очень счастлив, потому что врачи ничего не нашли; они сказали ему, что у него тело 18-летнего мальчика. В свои 32 года он отлично выглядел, но я был озадачен.

«Хорошо, но если тебе так хорошо, что, по мнению врачей, стало причиной твоего обморока?» Брюс сказал во время еды: «Я думаю, стресс, переутомление, недостаток отдыха, как обычно». Затем он заговорил об изнурительной работе над своей последней постановкой «Выход дракона». Он был очень оптимистичен по поводу результатов. Правда в том, что и физически, и морально он был в расцвете сил.

Я говорил об этом с Бобом дома. После недолгого молчания он добавляет: «Это был последний раз, когда я видел его живым…».

Вскоре после этой трапезы «Маленький Дракон» вернулся в Гонконг, ничто не предвещало надвигавшихся ужасных событий… Брюс Ли умер 20 июля 1973 года. Пять дней спустя в Гонконге состоялась похоронная церемония. По данным СМИ, на неё собралось около 25 тысяч человек. Друзья, семья, коллеги и бесчисленное количество поклонников собрались, чтобы попрощаться с Брюсом Ли.

На следующий день в Гонконге вышел фильм «Выход Дракона». Возможно, продюсеры хотели воспользоваться судьбоносным моментом и продвинуть свой последний проект!

31 июля Брюс Ли был похоронен в Сиэтле. Гроб был покрыт белыми, желтыми и красными цветами, расположенными так, чтобы составить символ ИньЯн.

Гроб несли Стив МакКуин, Джеймс Коберн, Дэн Иносанто, Таки Кимура, Питер Чин и Роберт, брат Брюса Ли. Среди ближайших родственников и друзей был Чак Норрис …

«Четыре дня спустя, после обеда с ним, я услышал ужасную новость о том, что он умер. Я не хотел в это верить; я только что видел его таким сияющим и жизнерадостным, воплощением доброго здоровья, волнения и счастья. Слухи о его загадочной смерти пролетели через Тихий океан быстрее, чем самолет, который принес его гроб. Некоторые слухи указывали на то, что Брюс умер от употребления марихуаны, что поднимало вопросы об употреблении наркотиков. Другие предполагали, что его эксперименты со стероидами стали причиной его смерти. Третьи говорили о том, что Брюс был убит смертельным ударом профессионального киллера, знатока восточных методов убийства. Некоторые из предложенных объяснений его смерти казались приемлемыми, но большинство из них были нелепыми. Слухи – это просто способ, которым мир должен был дать объяснение реальности: ни у кого из нас нет сценария следующих пяти секунд. Жизнь – это дар от Бога…

В те дни официальной версией смерти, представленной полицией в Гонконге, был отек мозга, вызванный гиперчувствительной реакцией на ингредиент в таблетке от головной боли, очень похожей на редкую реакцию некоторых людей, когда их ужалила пчела. Американские врачи сказали, что это аневризма мозга. Брюс был похоронен в Сиэтле, и из-за сильной близости, которую он имел с китайской общиной, ранее была еще одна панихида в Гонконге, которую посетили более двадцати тысяч последователей. Я присутствовал на похоронах в Сиэтле вместе с Бобом Уоллом, Стивом Маккуином и Джеймсом Кобурном; Последний был одним из частных учеников Брюса и произнес очень трогательную речь о своем учителе.

После похорон Боб, Джеймс, Стив и я вернулись на одном самолете, но полет был очень унылым и тихим. Казалось, что каждый из нас глубоко задумался, анализируя сообщение, которое смерть Брюса принесла нам. Там он был в своих лучших проявлениях, на пике своей карьеры, и внезапно все было кончено… Конечно, он достиг своей цели – стать большой звездой, но что с того? Что хорошего в этом для его замечательной жены и двоих детей, которых он оставил?

После его смерти я много думал об этом и пришел к выводу, что жизнь измеряется не годами, а достижениями. У Брюса было две цели в жизни: одна – быть признанным мастером боевых искусств, чего он, конечно же достиг, а вторая – быть признанным актером … и это ему тоже удалось! Таким образом, Брюс достиг двух целей своей жизни за короткий период в 32 года. Многие из нас проживут до 80 лет, так и не достигнув тех целей, которые когда-то поставили… “.

Пилотная глава серии «Кунг-фу» вышла в США 14 октября 1972 года и первоначально называлась «Воин». Сериал был основан на оригинальной идее «Маленького дракона» и имел большой успех. С него боевые искусства и начали раскрываться на Западе. По иронии судьбы, 17 августа 1973 года, почти через месяц после его смерти, “Enter the Dragon” вышел в Нью-Йорке. Через два дня его будут показывать и в других американских городах. Миф начал рождаться…

Публика требовала побольше фильмов о Брюсе Ли. 7 августа 1974 года, почти через год после премьеры “Выход Дракона”, вышел “Путь Дракона”…

«Я почти забыл о фильме, когда его начали анонсировать в кинотеатрах. Когда его премьера состоялась в Южной Калифорнии, многие мои ученики поспешили его посмотреть. На следующее утро в одной из моих школ все уставились на меня, как будто они действительно не верили, что Брюс не убивал меня…

Это было так смешно, я мог видеть, что то, что они увидели накануне вечером, произвело на них неизгладимое впечатление. Думаю, можно сказать, что сцены боя из «Пути Дракона» были наивысшим реализмом и совершенством любого фильма о боевых искусствах, который фанаты могли когда-либо увидеть. Брюс Ли действительно нашел формулу успеха для своих фильмов, и люди до отказа заполняли кинотеатры, чтобы их посмотреть. Бюджет фильма составил всего 240 000 долларов и в итоге собрал более восьмидесяти миллионов долларов по всему миру»…

…и больше такого с фильмами про боевые искусства никогда и нигде не было…

Текст: Глэдис Кабальеро и Педро Конде
Фото на обложке: Майкл Тудела.
Перевод: Алексей Ефремов

Яндекс.Метрика