Николай Смирнов
Санкт-Петербург, Россия
Noli credere, noli timere, noli quaerere…
Слова, вынесенные в качестве эпиграфа, в переводе с латыни широко известны в нашей стране — «не верь, не бойся, не проси». Авторство приписывают Эпикуру, но выражение это было очень популярно среди римских легионеров. У нас, как обычно, собственный цивилизационный путь, и эти слова стали «заповедью» в криминальном мире. Утверждается, что привнесли их «жиганы» — ушедшие в криминал высокообразованные «белогвардейские» офицеры, которые, собственно, и создали идеологию воровского закона в нашей стране. Оглядываясь вокруг, мы видим — если развеять дипломатический дымок, этот закон Эпикура работает и в международной сфере. Чётко и безошибочно. Коротко — нужно всегда оставаться самим собой, а жертвенное поведение всегда (!) провоцирует эскалацию насилия.
Когда смотришь на происходящее, то всё чаще вспоминается царь Соломон с его грустноватым «и это пройдёт…», и … Эпикур. Я сейчас не про боевые действия, хотя и ношу гордое звание капитана запаса — только множить ряды страшных в своей мудрости «экспертов» по военному делу, влёгкую распознающих коварные замыслы врага и обучающих наших генералов как правильно действовать, не собираюсь. Понимаю, что война это очень серьёзная наука, которую понять и прочувствовать дано далеко не каждому. Причём, к способностям должен прилагаться серьёзный характер. Мне бы хотелось поговорить конкретно про международное спортивное движение. То есть, про олимпийскую конструкцию. Такую почти совершенную пирамиду развития спорта в любой стране, верх которой чемпионат чемпионатов — Олимпийские игры.
Историю древних греческих игр вспоминать не буду, её и так наши читатели хорошо знают. Даже про «новые Олимпийские игры», героически восстановленные бароном Кубертеном, в советской, а затем и в российской спортивной историографии много чего написано. Только некоторые факты у нас, мягко говоря, старались затушевать. Видимо, чтобы не омрачать «картинку». К сожалению, такие попытки никогда не доводят до добра. Например, про Армию Крайову, про УПА и ОУН нам в школе советской, дававшей весьма достойное образование, никогда не говорили. Совсем! Поэтому присутствовал некий шок, когда вдруг начали писать о боях с поляками, про дивизию «Галичина», какой национальности были палачи Бабьего Яра и Хатыни, кто убил знаменитого нашего разведчика Кузнецова и смертельно ранил генерала Ватутина. Может берегли наши нервы, а что вернее, пытались представить «правильную» и благостную картинку — как они, власть имущие, в патерналистическом, отеческом таком рвении себе её представляли. Чтобы наши неокрепшие мозги не травмировать. Оказывается, зря. Нельзя всех считать глупее себя.
Такая же история и с Олимпийскими играми. Нам давно рассказывали, что барон Пьер де Кубертен с детства был одержим идеей восстановить праздник мира, рождённый образованными древними греками, что у него всё получилось и поистине демократические игры благодаря ему вновь стали доступны всему прогрессивному человечеству. Вот тут-то и стоит вспомнить царя Соломона — а ведь это всё уже было. Кубертен, не хочу называть его бароном, уже в начале своей «олимпийской» деятельности проявил себя конкретным русофобом. Причём именно что не антикоммунистом, а русофобом, и чем, в каком-то смысле, задал вектор дальнейшего развития своего проекта. Кстати, закончил он свою жизнь хоть и не почётным гостем гитлеровской Германии, но на полном её содержании. И повезло ему, что случилось это в 1937 году, иначе бы точно не отмылся.
Впрочем, начнём с начала. Уже в первых, восстановленных Олимпийских играх в Афинах в 1896 году Российская империя должна была принять участие… Должна, но не приняла. Хотя в международном Олимпийском комитете был представитель России — генерал Алексей Бутовский, который считался популяризатором здорового образа жизни и, соответственно, физической культуры. Однако же неясность с финансированием от государства (точнее, его полное отсутствие), а также не решённые вопросы по освобождению спортсменов от работы на время проведения игр (тогда в стране тоже был капитализм) привели к тому, что представители России в соревнованиях участия не принимали. Да и вообще, в первых современных играх приняли участие представители четырнадцати стран. Прямо скажем, немного. Кстати, какое интересное предвидение и надо сказать справедливое от самого Кубертена:
«В недалёком будущем нас ждёт появление отвратительного клана спортсменов-профессионалов, которые извратят саму идею спортивных состязаний, монополизируют их и превратят в своего рода театр марионеток».
Думается, имел он в виду не выступающих спортсменов, а спортивных чиновников, гордо представляющих только себя, но не страны, в которых они родились, выросли и состоялись.
Во-вторых Олимпийских играх в Париже в 1900 году Российская империя приняла более активное участие. В едином строю выступали все регионы России, включая Польшу, про Прибалтику даже не говорим, за исключением Финляндии — ей разрешили выступать самостоятельно. «Кровавая» царская власть предоставила много вольностей отбитым у шведов «чухонцам» и даже земель, за что они нас до сих пор и «благодарят».
Российский результат был слабеньким: из семи спортсменов только трое фехтовальщиков приняли участие в соревнованиях, двое вошли в «десятку», двое конников приняли участие только в показательной программе, а двое состязались в дополнительном, неофициальном виде — в гонках на конях с почтовыми повозками. Наибольшего успеха из «наших» добился польский фехтовальщик Юлиан Мишо, один из самых известных учителей фехтования в Варшаве, где он преподавал сразу в нескольких фехтовально-гимнастических залах. После отделения Польши Мишо был зачислен в польскую армию в звании капитана, но вскоре ушёл в отставку. Он умер в Варшаве в 1925 году.
Игры в Лос-Анджелесе (Северо-Американские Соединённые Штаты) в 1904 году Россия пропустила. Впрочем, не она одна. При организации той Олимпиады было допущено много ошибок. Во-первых, игры проводились одновременно со Всемирной выставкой в Сент-Луисе, вызвавшей куда больший интерес и абсолютно отвлекшей внимание от не очень популярного и совсем «не раскрученного» на тот момент мероприятия. На фоне практического отсутствия интереса к Играм выставку посетило без малого 20 миллионов человек. Она, кстати, задала определённый позорный тренд, просуществовавший в Европе до конца шестидесятых годов. На выставке, помимо многого действительно интересного и передового, был продемонстрирован «человеческий зоопарк» с живыми экспонатами из туземных племён Африки и Океании.Ну, а во-вторых, добираться из Европы или другой части света до Америки в те времена было слишком долго и дорого. И пришлось на этих Олимпийских играх американцам соревноваться практически друг с другом.
Зато последующая Олимпиада 1908 года в Лондоне была уже более многочисленной и впервые стала «золотой» для России. От нашей страны здесь выступали всего шесть атлетов. Финны опять выступали отдельно и в общем медальном зачёте с нами не участвовали.
Представляем нашего первого «золотого» чемпиона — Николая Коломенкина, вошедшего в историю под сложной фамилией Панин-Коломенкин. Псевдоним «Панин» ему пришлось добавить именно из-за того, что иначе могли бы возникнуть проблемы на работе, с которой его на какие-то там «игры» попросту не отпускали — в департаменте финансов Казённой палаты, где служил этот выпускник Санкт-Петербургского университета, увлечение спортом не приветствовалось, да и в те времена окружающие очень неодобрительно относились к занятиям спортом, а то и насмехались в открытую. Позднее псевдоним был официально присоединён к фамилии.
Невозможно просто вскользь упомянуть этого легендарного человека. Он являлся одиннадцатикратным чемпионом Российской империи по стрельбе из боевого револьвера, выступая с 1907 по 1917 год. Выигрывал первенство империи по фигурному катанию, а затем стал первым и единственным (до 1952 года) российским и советским олимпийским чемпионом. Заслуженный мастер спорта СССР (1940), судья всесоюзной категории по фигурному катанию (1949). Активно занимался тренерской и педагогической деятельностью, подготовив множество чемпионов России и СССР.
Наконец, последняя перед Первой мировой войной Олимпиада в Стокгольме в 1912 году стала уже более серьёзным мероприятием как по количеству стран, принявших в ней участие, так и по численности национальных сборных. Россия отнеслась к этим соревнованиям уже более ответственно. В стране появился национальный Олимпийский комитет, взявший на себя организацию поездки и формирование сборной. В этот раз, опять же не считая финнов, сборная насчитывала 178 спортсменов. Но количество не спасло — чемпионов среди представителей нашей страны не было, было лишь пять серебряных и бронзовых медалей, 16-е место в общекомандном зачёте, а в футболе с Германией вообще был зарегистрирован жуткий результат 16:0 в пользу немцев.
Результаты выступления россиян в Стокгольме российской общественностью были встречены очень плохо, достижения наших спортсменов назвали «спортивной Цусимой» — это символизировало степень испытанного за результат позора. Тем не менее, министерство спорта не появилось, но зато появился «главнонаблюдающий за физическим развитием народонаселения Российский Империи», что уже было серьёзным шагом. Таковым назначили командира лейб-гвардии гусарского Его Величества полка свиты Его Императорского Величества генерал-майор Владимира Воейкова. Его организационные таланты не хвалили, но следует отметить, что именно ему принадлежит идея начать проводить русские олимпиады. Дело в том, что сборная, провалившаяся в Стокгольме, была сформирована «явочным порядком» — по сути, без всякого отбора. Многие из действительно сильных спортсменов, которые могли бы побороться за медали, попросту не знали, что можно стать членами сборной, кого-то не отпускали с работы, кому-то элементарно не хватило денег на поездку. Короче, возникла необходимость начать подготовку, серьёзный смотр и отбор сильных спортсменов. Видимо, осознав это Николай II согласился с идеей проведения русской олимпиады.
Местом её проведения выбрали Киев, и тоже не случайно — дело в том, что в 1913 году там планировалось проведение Всероссийской выставки. Олимпийское движение как таковое было ещё слабо и не особо популярно, поэтому игры пытались соединить с «раскрученными» и обречёнными на успех событиями. Парижская выставка и парижская Олимпиада в 1900 году, американская выставка в Сент-Луисе и Игры в САСШ в 1904-м тому примеры. Вот так площадкой для Первой Русской (Российской) олимпиады стал Киев, где в 1913 году должна была состояться (и состоялась) Всероссийская выставка. В городе был построен первый в России настоящий стадион, его назвали «Спортивное поле». Это тоже было большим шагом вперёд — до того подобной площадки в стране не было и все соревнования проводились либо на плацу военных училищ, либо на ипподромах, либо попросту на пустырях. Здесь же даже оборудовали ложу для почётных гостей. Председатель оргкомитета выставки Александр Тышкевич привлёк к организации игр известного врача и спортсмена Александра Анохина (кто не слышал о гимнастике Анохина?!). На церемонии открытия 20 августа 1913 года присутствовало всего около десяти тысяч зрителей. Уровень популярности очевиден — даже на нашей трёхдневной Олимпиаде боевых искусств «Восток–Запад», проходившей на протяжении многих лет, ежедневно присутствовало порядка двадцати тысяч зрителей. Сейчас эту Русскую (Российскую) олимпиаду вполне можно было бы назвать международными соревнованиями. В них приняли участие спортсмены из Киева, Одессы, Тирасполя, Варшавы, Риги, Виндавы (сейчас это Вентспилс), Вильно (ныне Вильнюс), Ковно (сегодня Каунас), Ревеля (ныне Таллин) и Юрьева (Тарту). В целом соревнования прошли с достойным представительством, довольно-таки удачно, и по итогу было принято решение о проведении Второй Русской (всероссийской) олимпиады в Риге в 1914 году.
В отличие от Киева в Риге для олимпийских стартов не стали строить специальный стадион. К примеру, соревнования по беговым дисциплинам проводились на местном ипподроме, но каким-то удивительным образом скачки при этом не отменяли. Наспех размеченные дорожки находились не в лучшем состоянии, но это не сказалось на энтузиазме участников. Да и на кого было равняться? Всё только начиналось и спорт из забавы начал превращаться во что-то серьёзное. К тому же значительно прибавилось количество участников: на играх были представлены команды Тифлиса (Тбилиси), по сути грузинская сборная, и даже Гельсингфорса (ныне Хельсинки), то есть, финская. Чем ещё стала знаменита Вторая Русская (Всероссийская) олимпиада, так это тем, что впервые в России в её рамках были организованы соревнования для женщин. А подлинным её триумфатором стал московский спринтер Василий Архипов, завоевавший три золотые медали.
В воздухе уже основательно пахло войной. Как известно, в Риге проживало значительное количество немцев, они же в большинстве представляли спортсменов-гребцов. Видимо поэтому